Заклёпки

Иногда жизнь делает повороты так тихо, что сначала даже не понимаешь это уже новый путь или просто ветер подул.

С 2007 года со мной случилась именно такая череда перемен. Не громких. Не драматических. Но таких, после которых однажды утром понимаешь: дальше жить по-старому уже не получится.

И вдруг внутри появляется очень ясная мысль.

Не обсуждаемая. Не логичная. Просто ясная.

Апогеем стала мыль - мне нужно совершить хадж.

Хадж это не просто поездка. Это такое путешествие, в котором чемодан вроде бы берёшь, а на самом деле оставляешь половину себя дома.

Зафархон Алиходжаев Я сначала пошёл к родителям. Взял благословение.

Это был самый важный билет в этой поездке.

Потом начал собираться.

У главной мечети в Душанбе есть маленький магазин для паломников. Там продаётся всё, что нужно человеку, который собирается в дорогу к Богу.

Там я купил себе ихрам.

Ихрам - это, если по-простому, две белые ткани. Но на самом деле это целая философия. В ихраме нельзя использовать иголки, булавки, швы - ничего такого.

Поэтому существуют почти научные школы: как его завязывать, как держать, как ходить так, чтобы он не решил внезапно стать свободной формой текстиля.

Я честно посмотрел на продавца и сказал: — Брат, я всё это забуду через пять минут.

Он посмотрел на меня опытным взглядом человека, который видел тысячи паломников, и сказал: — Тогда бери вот это.

И достал пластиковые клипсы. Заклёпки.

Маленькие, простые, почти смешные.

— Они всё держат, сказал он.

И показал.

Я купил сразу несколько. Штук десять.

На всякий случай. Потому что в жизни лучше иметь одну лишнюю заклёпку, чем один лишний кризис.

Вылет был из аэропорта Домодедово.

Самолёт полный. И при этом ни одного знакомого лица. Целый самолёт людей, которые едут к одному и тому же месту, но ещё не знают друг друга.

Мы летели в Иордания. Там нужно было сделать остановку: снять гражданскую одежду, облачиться в ихрам и прочитать два раката намаза намерения.

Честно говоря, я немного волновался.

Но мои пластиковые помощники оказались гениальным изобретением. Всё закрепилось быстро.

Надёжно. Даже красиво.

Я вышел из мечети в аэропорту и увидел паломника, который мучился со своим ихрамом. Он пытался его завязать, он его перекручивал, он с ним договаривался, но ткань явно была против.

Я подошёл.

— Давай помогу.

Достал одну заклёпку. Зацепил.

Его ихрам вдруг стал вести себя прилично.

Минус одна.

У входа в самолёт стояли два друга. Они помогали друг другу, но ихрам упорно сползал вниз, как будто у него был собственный план на этот полёт.

Я дал им две заклёпки.

Минус три.

В самолёте на короткий перелёт до Мекка была свободная посадка. Я плюхнулся на первое свободное Зафархон Алиходжаев место.

Сосед внимательно посмотрел на мой «гаджет».

— А это что?

Я объяснил. Показал. Он задумался.

Четвёртая заклёпка ушла и ему.

Когда мы прилетели в Мекку, нас распределили по гостиницам. Всё происходило довольно быстро. Кто-то выкрикивал фамилии, этажи, номера.

Я услышал свою фамилию.

Седьмой этаж.

Имя будет на двери.

Поднимаюсь.

Длинный коридор. Белые двери. Таблички.

Нахожу свою фамилию. Первая среди пяти. Открываю.

И вдруг замираю.

На четырёх кроватях сидят четыре человека.

И на каждом из них - мои заклёпки.

Все.

Мои пять заклёпок.

Четыре - на них.

Пятая - на мне.

Мы смотрели друг на друга несколько секунд. Потом начали смеяться. Потом обниматься.

А я вдруг почувствовал, как по щекам текут слёзы.

Я стоял посреди комнаты в Мекке и понимал кожей одну странную вещь: пути Господни действительно неисповедимы.

Я просто купил несколько пластиковых заклёпок.

А Аллах уже знал, кто будет спать со мной в одной комнате.

Тогда я не мог объяснить словами, что чувствую.

Слова пришли позже.

А ребята остались.

С тех пор мы дружим.

Иногда для большой дружбы достаточно пяти маленьких заклёпок.

Зафархон Алиходжаев