Оператор машин

Двадцать пять лет назад я оказался в Москве.

Один. Растерянный. Немного сломленный. Но, как говорится, спасибо, что живой.

Москва тогда не обнимала. Она смотрела оценивающе.

Как строгий экзаменатор: «Ну, показывай, что умеешь».

А я умел многое - по крайней мере, так мне казалось.

Инженер, дипломированный скандинавским королевским университетом, с опытом работы на заводах и фабриках Швеции. Внутри - уверенность, что меня вот-вот разорвут на части западные корпорации.

Молодой, энергичный, амбициозный и, как мне тогда честно, казалось, ужасно симпатичный молодой человек.

Но западные корпорации почему-то не рвали.

Собеседование за собеседованием. Вежливые улыбки. «Мы вам перезвоним». И тишина. Деньги заканчивались.

Рацион становился философским. Сначала исчезло мясо.

Потом рыба. Потом исчез выбор. Осталась гречка и размышления о судьбе.

И вот однажды я листал «Из рук в руки». Газета тогда была как Tinder для отчаявшихся: листаешь и надеешься, что кто-то выберет тебя.

И вдруг: «Требуются операторы машин - 2,5 у.е. в час».

Я мгновенно включил калькулятор в голове. 10 часов. 30 дней. 750 у.е.

В начале нулевых это звучало как финансовая амнистия.

Звоню из автомата. Договариваюсь. Еду. В подсобке гипермаркета девушка оформила меня за десять минут.

Даже не спросила, умею ли я любить родину и работать в команде. Просто: — Когда готовы приступить?

— Немедленно.

Меня передали бригадиру. Я внутренне расправил плечи. «Оператор машин» - в моём понимании - это конвейер, производство, шум, процесс. Всё серьёзно.

Конвейера в гипермаркете не оказалось.

Мне выдали... поломоечную машину.

Зафархон Алиходжаев Большую. Блестящую. С рулём. С какими-то баками.

Она смотрела на меня так же оценивающе, как Москва.

Бригадир спросил: — Разберёшься?

И вот тут во мне включился весь скандинавский опыт.

— Конечно.

Через пять минут я стоял один на один с этим монстром и не понимал, где у него включается хотя бы совесть. С какой стороны подойти? Это было похоже на знакомство с инопланетным существом.

К счастью, в бокс зашёл парень. Лихо сел на вторую машину и начал с ней разговаривать на «ты». Я подошёл, представился и сказал, что просто не знаком с этой модификацией.

Через пятнадцать минут я уже бодро мыл полы.

И знаете, что удивительно? Полы были благодарные.

Ты видишь результат сразу. Было грязно - стало чисто.

Очень честная работа. Без «мы вам перезвоним».

Через месяц я уже был в мобильной бригаде. Получал в час на порядок больше. Выезжал только на «спецзадания». Звучало почти как спецназ, только вместо штурма - после строительная уборка.

А ещё через два месяца на одном таком объекте я познакомился с Филиппом Левеком, президентом «Пепси Россия». Он был искренне удивлён, что инженер с дипломом скандинавского королевского университета управляет поломоечной машиной.

Мы разговорились. И вскоре он пригласил меня на первую в моей жизни работу по специальности.

Вот так. Из подсобки гипермаркета - обратно в профессию.

Мне не стыдно мыть полы. Ни тогда, ни сейчас.

Стыдно - лениться. Стыдно проживать день так, будто он черновик. Стыдно не расти.

Помню, однажды в детстве я устало выдохнул: — Устал...

Отец посмотрел на меня спокойно и сказал: — Мужчина не может уставать. Если мужчина устал, он должен лечь и умереть.

Тогда это звучало жестоко. Сейчас я понимаю - это не про смерть. Это про ответственность. Про то, что ты либо сдаёшься, либо продолжаешь.

Иногда продолжаешь с дипломом.

Иногда - с поломоечной машиной.

Главное - продолжать.

А Москва...

Она в итоге всё-таки кивнула.

Зафархон Алиходжаев